Наша история

Публикация Архитектурного сайта Санкт-Петербурга
Ссылка на публикацию:  https://www.citywalls.ru/house1957.html
Объекты размещения: доходный дом купца Тихонова
«Петербургский листок» № 93, 05(18).04.1907 г.
«Петербургский листок» № 217, 10 (23).08.1914 г.

Библиотека им. Н.А. Некрасова Электронекрасовка
Ссылка на публикацию: https://electro.nekrasovka.ru/books/6245737?utm_medium=organic&utm_source=yandexsmartcamera
Объекты размещения: «Библиотека Коммерч. Учил. I Товарищества преподават., Экслибрис». Штемпели, 1900-е гг. Учебные заведения, Россия.

Российская национальная библиотека. Фонд «Весь Петербург. Весь Петроград. Весь Ленинград.»
Ссылки на публикацию: https://nlr.ru/cont/v_p/1917.php
https://nlr.ru/cont/v_l/1922.php
Объекты размещения: электронные копии адресных и справочных книг 1912, 1916, 1917 гг.

В соседнем со школой доме № 7 на Разъезжей улице находилась редакция журнала «Мир божий», который издавала Александра Аркадьевна Давыдова. В этом же доме с 1902 по 1907 год жил писатель Александр Куприн, женатый на Марии, приёмной дочери Давыдовой.

С начала 1920-го и до самой своей смерти в 1937 году в крохотной квартирке № 11 на Разъезжей, 7 в крайней бедности жила некогда фантастически популярная писательница Лидия Чарская.
«Лидия Чарская жила в небольшой квартирке по улице Разъезжей. Попасть в квартиру можно было только через чёрный ход. Очень многие сторонились опальной писательницы, она превратилась в бледную, худую старуху, на которой в любое время года было надето длинное пальто, причём не её размера. Она выглядела городской сумасшедшей. Чарская вызывала сочувствие только у соседских девчонок, которые помогали ей продуктами и с уборкой в квартире. Благодарная Лидия Алексеевна платила чем могла – рукописями, которые девчонки читали с восторгом и благоговением. К сожалению, её произведения как старые, так и новые были никому не интересны».
Источник информации: Страница ВКонтакте «Дом культуры Льва Лурье»
Ссылка: https://vk.ru/wall-29838168_35477

Учившийся с 1931 года в нашей школе будущий композитор Исаак Шварц вспоминал: «на переменах макали в чернила бумажные самолетики и из открытых окон класса с пятого этажа бросали их вниз на прохожих. Цель была определенная: чтобы самолет приземлился на чью-то шляпу. Однажды такой самолетик приземлился на белую шляпку Лидии Чарской, детской писательницы, книгами которой тогда зачитывались школьники. Она жила в соседнем доме и выходила на прогулку с тремя таксами. Разразился скандал. Тщательного расследования директор школы не проводил, просто всех мальчишек исключил из школы на неделю».
// Нагорная-Шварц А. Ваше благородие, Исаак Шварц. — СПб., 2016. — C. 8
Источник информации: комментарии к Публикации Архитектурного сайта Санкт-Петербурга
Ссылка на источник:  https://www.citywalls.ru/house1957.html

Выставочный проект «Из истории петербургского образования в 18-20 веках» Архивного комитета Санкт-Петербурга
Объект размещения: Декрет ВЦИК о единой трудовой школе. 1918. Собрание узаконений и распоряжений правительства за 1917-1918 гг.
Ссылка на публикацию: https://spbarchives.ru/spb_education_6#gallery-10

Объекты размещения: Список национализированных учебных заведений Петрограда. 1918. ЦГА СПб
Ссылки на публикацию: https://spbarchives.ru/spb_education_6#gallery-18
https://spbarchives.ru/spb_education_6#gallery-19

Торговая площадка интернет-аукциона Мешок
Объекты размещения: Фотография г. Ленинград Разъезжая д. №5. I-я школа 2-й класс.1931-1932 учебный год
Ссылка на публикацию: https://meshok.net/item/281188528_Фото_г_Ленинград_Разъезжая_д_5_I_я_школа_2_й_класс_1931_1932_учебный_год#&gid=1&pid=4

Адресная и справочная книга «Весь Ленинград», 1935 г,
Обложка справочника,
Раздел: общеобразовательные школы.
Страницы справочника. Страница 349. Общеобразовательные школы. Петроградский, Смольнинский, Центральный, Пригородный районы.

Справочник «Ленинград,1940г»
Школы ЛЕНГОРОНО: (районные) Приморского, Свердловского, Сталинского, Фрунзенского районов.

Решение Ленгорисполкома о введении единой городской нумерации школ с 1 февраля 1941 г. ЦГА СПб
Ссылка на документ: https://spbarchives.ru/spb_education_8#gallery-1
Информация о проекте: https://spbarchives.ru/spb_education_16

Похвальная грамота ученика 4-б класса 299-й средней школы г. Ленинграда Павла Шрамко за отличные успехи и примерное поведение.
Период создания: 27.05.1941 г.
Материал, техника: бумага. типографская печать, рукопись
Размер: 22,4 (max) х 31,3 см. Место создания: г. Ленинград.
Номер в Госкаталоге: 34917496 Номер по КП (ГИК): ГМИ СПб 103716 Инвентарный номер: ГМИ СПб Инв.№-III-Б-8628 д
Внешняя ссылка: https://goskatalog.ru/portal/#/collections?id=35124023
Местонахождение: Санкт-Петербургское государственное бюджетное учреждение культуры «Государственный музей истории Санкт-Петербурга»

Группа Вконтакте Ленинградец
На фото выпускники 299-й средней школы города Ленинграда. Располагалась школа на Разъезжей улице, дом 5 (у Пяти Углов)
Ссылка на источник: https://vk.com/wall-126624890_885744

Источник информации: ПАМЯТЬ О БЛОКАДЕ. Свидетельства очевидцев и историческое сознание общества Материалы и исследования.
Интервью с Николаем Викторовичем.
Ссылка на источник информации: https://militera.lib.ru/memo/russian/sb_pamyat-o-blokade/sb_pamyat-o-blokade.html

«Но, тем не менее весною нас собрали в школы. Сказали, что будут занятия. Это было в мае месяце. Но, оказалось, что не в трехсотую школу я должен был идти, а сначала привели в какой-то институт на Кузнечном переулке. Пришли мы туда, все еще пришли в зимних пальто, хотя май месяц был, все укутанные. Вот наш второй класс туда пришел. Огромнейшая аудитория, да еще вот такие, амфитеатром. И мы там потерялись просто. Нас и не видно в этой аудитории. (Смеется.) И вот несколько дней мы там пробыли, потом сказали: «Нет. Это не годится». И нас перевели в школу на Разъезжей улице. Вот я не помню номер: то ли 299, то ли 294.
Странная, конечно, школа. Школа, которая занимала, по-моему, все шестиэтажное здание. Неудобное, конечно, очень здание для школы. И вот я помню эти занятия. Это, конечно, были не занятия. Это было нужно, во-первых, собрать детей, выяснить, сколько же осталось их. Часть была эвакуирована, часть погибла. Вот нужно было выяснить, сколько детей. Во-вторых, и это, наверное, это было главное, нужно было их встряхнуть от этой страшной зимы. Ну кто-то был в лучшем состоянии, кто-то в очень таком вялом состоянии. И вот я помню, какие занятия у нас были, у нас были уроки чтения, пения, рисования. Арифметики не было. Письма не было. Ничего не было. Вот только три этих урока. В основном чтение и пение. Пели все самые любимые песни, чтобы ребята немножко распелись, вспомнили, как это делается. И читали. А читали, конечно, книжки про войну. Или самые лучшие детские книжки. Читала в основном учительница и те, кто хорошо читал. Ну я тоже хорошо читал, поэтому мне часто поручали читать. Ну это было недолго. Потому что в июне месяце занятия прекратились.
А в июне месяце, поскольку стало ясно, что весною Ленинград от блокады не избавили, стали думать уже о новой зиме. Хотя надеялись, что летом будет проведена операция по деблокированию и так далее. И это действительно было, делалось. Но они ни к чему не привели, увы. Успеха не добились. Но задумались о том, что надо город обеспечить овощами.
… И у мамы на работе… как и от многих других предприятий, решили организовать подсобное хозяйство … в деревне Дранишники … и мама поехала туда и забрала меня с собой.
Вот так все лето это я проработал. К концу лета… Я там был не один из школьников. И вот нам сказали о том, что занятия начнутся 15 октября в школах. Ну и мы до 15 октября работали. А когда я в школу пришел, в трехсотую, оказалось, что 15 октября занятия должны начаться для старшеклассников. А младшие, второй класс, они начали 1 сентября. Получилось, что у меня вся первая четверть оказалась пропущенной. И тут еще почему-то я вдруг разболелся… Вот так у меня оказался этот год учебный проваленным. Поздно уже было идти. Второй класс у меня провалился. А лето — опять в те же самые Дранишники.
И тут вот нам разрешили поехать в город на осмотр. Чтобы не повторить ошибку прошлого года, прямо с 1 сентября начать учиться. Я приезжаю в свою трехсотую школу, смотрю, в коридорчике возле медпункта очередь, и в этой очереди почему-то стоят одни девочки. Я, значит, соображаю, что, наверное, сегодня осматривают девочек, а мальчиков, наверное, будут завтра осматривать.
Я решил схитрить и осмотреться вместе с девочками. Встал в очередь. Все были стрижены одинаково. Девочки многие в шароварах были, джинсов же тогда еще не было. Зимой меня часто, когда я был в зимней шапке, часто называли в очереди: «Девочка». Я этим решил воспользоваться и осмотрелся. Ну осмотр какой? Простой был тогда: смотрели, в волосах нет ли вшей. Говорили: «Сними рубашку». Говорили: «Ой, и этого нужно на дополнительное питание ставить. Но не можем же мы всех поставить на дополнительное питание». Потом внимательно рассматривали швы в рубашке: нет ли там платяных вшей. И все. Весь осмотр. Вот она меня осмотрела, медсестра, и спрашивает, чтобы выписать справочку об осмотре: «Как фамилия?» Думаю: «Ну сейчас ругаться начнет, что вместе с девочками осмотрелся». И говорю не очень громко: «М-в». И слышу, она пишет и повторяет: «М-ва». И я так обрадовался, думаю: «Ух ты, хорошо. Скажу учительнице, что она перепутала. Лишнюю букву поставила». А медсестра еще спрашивает: «Как звать?» А я еще тише говорю: «Коля». И слышу, она пишет: «Оля». Мне бы тут и смолчать, подумаешь букву «к» потом бы подставил впереди, да и все. Но мое мужское самолюбие не стерпело. Я говорю: «Не Оля, а Коля». Она говорит: «Как Коля?» Я говорю: «Так Коля». Она говорит: «Коля? Ты зачем сюда пришел?» Я говорю: «На медосмотр». Она как засмеется. Ну думаю: «Раз смеется, значит, ругать не будет». Она отсмеялась и говорит: «Я тебя спрашиваю, зачем ты в эту школу пришел?» — «Так это же моя школа». — «Нет, — говорит она, — это теперь не твоя школа». Я говорю: «Нет, моя». Она говорит: «Ты откуда такой взялся?» Я говорю: «Из Дранишников» Она говорит: «Я не знаю, где эти Дранишники, но неужели у вас там не известно, что с этого года школы стали раздельными? Их разделили на мужские и женские. Это теперь женская школа. Здесь только девочки могут учиться». А мы там, конечно, ничего не знали в Дранишниках. Я, значит, стою обалдевший. Она говорит: «Так что зря ты хитрил. Иди — ищи мужскую школу». Я говорю: «А в какую же мне школу идти?» Она говорит: «Я не знаю. Попробуй в 321-ю сходи. Она, кажется, мужская». Я говорю: «А где такая?» Она говорит: «Вот пойдешь по Большой Московской, потом по Правде, дойдешь до Социалистической и там, на углу, вот как раз увидишь такое двухэтажное здание с двумя куполами. Вот это они и есть». Я туда пошел. Это была, конечно, школа не моего микрорайона. Я должен был учиться на Разъезжей, вот в той самой школе, где я начинал учиться весною 42-го. Но в то время было много неразберихи. И там то же самое — не разобрались, что я не их микрорайона, и записали меня.»

Группа ВКонтакте Питер. Взгляд назад
Объект размещения: фотография учащихся 299 школы, 1-й класс.15 октября 1946 года. Ленинград
Ссылка на публикацию: https://vk.ru/wall-98221643_222219

Группа Ленинградец в Вконтакте
Объект размещения: Текст и фото: Татьяна Адамович
Ссылка на публикацию: https://vk.ru/wall-126624890_673696

Объекты размещения: Сайт Старое радио
Объект размещения: фотография учащихся средней школы № 299 Ленинграда 1957-1958 гг.
Ссылки на публикацию: https://staroeradio.ru/audio/29150

Сайт: Интересное.Место
Раздел: Купчино — Фрунзенский район | Подслушано
Описание: Фотография «Школа 299 в новом квартале в Купчине (фото из газеты «Вечерний Ленинград» 1966 года)»
Ссылка: https://interesnoe.me/source-38576077/post-1419897

Группа ВКонтаке ☭ Сделаны в СССР ☭ — Школа № 299
Раздел: Фото.
Представлены выборочные фотографии 1965-1994 гг.
Ссылка: https://vk.ru/albums-872358

Сайт: Купчино. Исторический район
Фотография: вид из окна дома 4 по проспекту Славы. 1994 год
Рублика Исторические фотографии Купчина и окрестностей
Ссылка: https://pastvu.com/p/2435129?utm_medium=organic&utm_source=yandexsmartcamera

Летчик-космонавт Георгий Михайлович Гречко – дважды Герой Советского Союза, Почетный Гражданин многих городов мира, награжден многими орденами и медалями. Книга «Космонавт № 34. От лучины до пришельцев». Глава «В Ленинграде-городе…»
«…Я из Ленинграда. Иногда спрашивают: а почему не Питер? Почему не Петербург? Просто была такая интеллектуальная столица, называлась Ленинград. А потом мы все чаще слышали про «бандитский Петербург». Так что я уж лучше останусь ленинградцем, каким и родился.
Высоцкий пел: «В Ленинграде-городе, у Пяти Углов…»… Ленинград и Пять Углов – это моя малая Родина…
Как я пошел «в первый раз в первый класс» – не помню. Учеба в первых двух классах в памяти не сохранилась. Знаю, что первая моя школа была недалеко от дома, на Социалистической улице.
А потом началась война, и в третий класс я пошел в оккупированном немцами Чернигове… Когда я вернулся в Ленинград – блокаду, разумеется, уже прорвали. Отец был на фронте. Я поселился вместе с мамой и поступил в мужскую школу, расположенную неподалеку. Потом ту школу закрыли. Новая моя школа находилась возле Большого проспекта на Васильевском острове… Потом я учился в пятой мужской школе…
Потом я заканчивал 299-ю школу. Там мне запомнился учитель математики. Он требовал мгновенного ответа на любой вопрос. Знания синусов-косинусов-тангенсов, чтобы ночью разбудили – и от зубов отскакивало. Много формул и значений мы помнили наизусть. А я тогда уже читал про Л. Ландау, который говорил: нельзя загружать память цифрами. Память нужно заполнять идеями, а для цифр есть справочник. Я был согласен с Ландау, а не с нашим учителем.
Но через много лет был у меня такой случай: я заведовал на полигоне заправкой ракеты. А кислород испаряется. За два часа половина бака испарится. Поэтому была подпитка кислородом по мере его испарения. Мы сидим в бункере рядом с ракетой. Над нами несколько метров бетона. Наша миссия закончилась. Мы рассчитали заправку и ждем старта.
И вдруг вбегает человек, отвечающий за старт, и говорит: отказала подпитка. Что делать? Остается 5–10 минут. Бак теряет кислород и к моменту старта будет недостаток кислорода. Двигатель остановится, пуск будет сорван. Там есть система СОБИС, она начнет выравнивать, но хватит ли нам кислорода до разделения ступеней? Если не хватит – запускать нельзя. Если ошибешься – снимут голову. Если запретишь пуск – в КБ просчитают процессы и скажут: «Почему ты запретил? Ты мог посчитать». Ошибка в любую сторону будет стоить дорого. У меня ни логарифмической линейки (хотя в этом случае она бы не помогла), ни справочника, ни объемов и размеров емкостей. Стал я лихорадочно вспоминать, какой объем у бака, с какой скоростью испаряется кислород, с какой скоростью в баке будет понижаться уровень. Тогда система СОБИС столько-то выберет, а столько не выберет.
И вот тут не Ландау, а учитель оказался прав. Циферки надо помнить. Я посчитал в уме, и получилось, что можно пускать. Мы смотрим на ракету, она поднимается. По мере того, как подходила 120-я секунда, все решалось – доработает боковушка за счет гарантийных запасов или нет? Стоим мы, держимся за… головы. Идет репортаж: «120-я секунда, полет нормальный. Разделение ступеней». Мы вздохнули.
Мы выиграли, что разрешили пуск. Но начальник устроил мне разнос: «Как ты посмел разрешить пуск? Ты должен был сказать: условия не выполнены, один бак из 10-ти недозаправлен, пуск запрещаю. Мальчишка, ты рисковал, не твое это дело!» Но если бы я ошибочно запретил пуск – с нас бы сняли головы. И прежде всего с начальника. Ему бы вломили по первое число. Я говорил ему о государственном деле, о значении пуска для людей… Он мне – о риске и правилах – как не остаться козлом отпущения. Мы говорили на разных языках. А нашего школьного математика я тогда вспомнил добрым словом.»

Нагорная-Шварц А. Ваше благородие, Исаак Шварц. — СПб., 2016. — C. 8: «В школе Исаак начал учиться, как тогда полагалось, в восемь лет, в 1931 году. Первая школа находилась на улице Разъезжей. Ходил пешком, один. Никто его не провожал в школу и не встречал. Говорил с украинским акцентом, что долго было поводом для насмешек одноклассников. В школе любимое занятие – с ветерком проехать по перилам с пятого этажа на первый; на переменах макали в чернила бумажные самолетики и из открытых окон класса с пятого этажа бросали их вниз на прохожих. Цель была определенная: чтобы самолет приземлился на чью-то шляпу. Однажды такой самолетик приземлился на белую шляпку Лидии Чарской, детской писательницы, книгами которой тогда зачитывались школьники. Она жила в соседнем доме и выходила на прогулку с тремя таксами. Разразился скандал. Тщательного расследования директор школы не проводил, просто всех мальчишек исключил из школы на неделю. После школьных занятий высшим шиком было проехаться на «колбасе» трамвая».

В 1965 году Виктор вместе с матерью, бабушкой и дядей они переехали в Купчино.
Из книги Где же ты, мой сыночек, где ты? Резникова Лилия Ефимовна (книга о Викторе Резникове  написана его мамой, Лилией Ефимовной):
«В том месте, куда мы приехали, стояли три блочных пятиэтажки, готовые к приему новоселов, в одной из которых мы и поселились. Через огромный пустырь от них достраивалась школа.
…Нам повезло, наша «хрущевка» находилась вблизи яблоневого сада. В 1965 году этот сад охранялся сторожем, который без устали объезжал его на сытом, ухоженном коне…
Он (Витя) вошел в свою новую школьную семью легко и органично.»
В книге Лилия Ефимовна очень подробно описывает школьную жизнь сына, его учителей и одноклассников, уроки, полуторамесячный туристический поход после окончания 9 класса, организованный Беллой  Семеновной, и многое другое.

«…. на Разъезжей, 5,— моя школа № 299. Учился тут с седьмого по десятый класс.
Школа мне нравилась, и окончил я ее с золотой медалью. Дорогие мои учителя! Слеза и поклон вашему праху! Троих самых любимых назову: Андрей Борисович (прозвище Бык) — литература, русский. Василий Матвеевич (прозвище Фока) — математика. Валентина Лукинична — классный руководитель и французский язык. В Валентину Лукиничну (прозвище Путятична) мы были все влюблены. А была она старше нас лет на шесть-семь, не более. Мы были первыми ее учениками. Язык французский полюбили мы из-за нее. Через сорок лет я даже работал в парижском театре и играл на французском языке — и ничего, говорили, что произношение приемлемое. (Подчеркну: школа была самая обычная, не специальная.) И контакт с Путятичной — Валентиной Лукиничной Нефедовой — поддерживали мы долгие годы, до самой ее кончины. А второй золотой медалист нашего выпуска — Миша Перельцвайг. Он теперь очень успешный инженер-электронщик в довольно известном городе Сан-Франциско. Говорит, как принято в этом городе, на английском языке, но кое-какие французские выражения до сих пор помнит. Ну и правильно! Первая любовь не забывается.» // Фонтанка. Моя автогеография // Сергей Юрский : [сайт]. – URL: https://sergeyyursky.memorial/автобиогеография/1935-1952//